ТЕКСТ: Алина кожухова
фото: иван козлов

Личный опыт: я живу в сталинке на Панораме

Меня зовут Оля. Наша семья живет в сталинке на углу Советской и Панорамы почти два года. Мы обитаем в угловой башенке на последнем этаже. Трехкомнатные квартиры в нашем доме по габаритам больше стандартных, их площадь около 72 м². Высота потолков — 3,7 м. Это отличительная особенность последнего этажа. Можно запросто почувствовать себя Рапунцель или Карлсоном.

Когда новые люди заходят на мою страницу в Инстаграм, часто спрашивают, дизайнер я или архитектор. На самом деле, я — врач, а Игорь, мой муж, — юрист. Но это совсем не мешает нам приобщаться к красоте и искусству, и мы активно идем в этом направлении.
Все наши предыдущие квартиры были в новостройках. Перед тем как решиться на покупку сталинки, я два года активно мониторила старый фонд. Настолько углубилась в технические детали, что, думаю, смогла бы работать риэлтором.

Мы выбирали между улицами Мира и Советской. Проспект Ленина довольно шумный, поэтому сразу его отмели. Обожаю улицу Мира, она такая камерная и прогулочная. После войны ее восстановили одной из первых, дома на ней имеют деревянные перекрытия. Нам были принципиальны железобетонные, поэтому пришлось от нее отказаться.

Советская интересовала нас на участке от Комсомольской до Панорамы. Этот район близок мне по духу: не менее камерный, тихий, здесь меньше учреждений и создается более спальное ощущение. После того, как мы остановились на улице Советской, вопросы о выборе дома отпали сами собой. Мы с мужем встали напротив дома № 28 и в один голос сказали: «‎Только он!».
Архитекторы дома, Семен Кобелев и Фёдор Лысов, выстроили почти весь ансамбль улицы Советской. Датой строительства дома считается 1955 год, но внимательный глаз уловит очевидную асимметрию здания. Изначально это были два отдельные строения, которые решили замкнуть буквой «п», объединив единым фасадом.

Скорее всего, в ход строительства вмешалось постановление «Об устранении излишеств в проектировании и строительстве», принятое в СССР 4 ноября 1955 года. На это указывает множество деталей: на фасаде правого крыла можно разглядеть цифру «1954», есть разница в перекрытиях (первые подъезды преимущественно деревянные) и в целом оно выглядит беднее левого.

В тот момент на продажу было выставлено всего несколько квартир, у нас тоже были определенные запросы. Для большой семьи из четверых человек и кошки нужна была трешка. А еще хотелось последний этаж и расположение в башенке, ведь именно там были огромные сводчатые окна и высокие воздушные потолки.

Когда подходящую квартиру выставили на продажу, мы не стали медлить. Пришли на просмотр и влюбились. Оказалось, что до 90-х здесь была коммунальная квартира, а после жила известная в Волгограде врач, профессор акушерства и гинекологии ВолгГМУ. Такое совпадение рабочих сфер показалось мне милым знаком, поэтому мы быстро приняли решение.
Покупая сталинку, нужно быть готовым к капитальному ремонту. Пока мы успели сделать только пол. Железобетонные перекрытия позволили сделать полусухую стяжку. Когда поняли, что не укладываемся в собственные сроки (на переезд у нас было выделено 4 месяца), отложили серьезные работы и остановились на временном ремонте.

Получается, сейчас мы живем в планировке с небольшими изменениями из 90-х годов, когда коридор переделали в кухню и совместили с гостиной при помощи круглой арки. Очень огорчают доставшиеся нам по наследству пластиковые окна и сплиты в каждой комнате. В будущем нужно будет умело спрятать их в вентиляционную систему.

Из интересных советских артефактов у нас сохранилось окно между кухней и ванной, дверной проем в ванной с интересным жалюзи и несколько дверей от застройщика.
Когда вскрывали пол, нашли старую чернильницу и бутылочку от одеколона. Пока не знаю, что таят в себе стены и потолок. Предыдущие хозяева успели опустить потолки в нескольких комнатах, и мое воображение очень ждет, когда мы начнем восстанавливать его историческую высоту. Точно знаю, что у соседей из другого крыла дома сохранились розеты и сводчатые падуги, очень надеемся их там увидеть.

На двери в прихожей можно заметить небольшой скол. Мы специально оставили его как экспонат — так можно увидеть все слои краски, которой когда-либо покрывали эту дверь. Этот прием активно используется в музеях-дворцах Петербурга для большего погружения посетителей в историю места.
Несмотря на то, что глобальный ремонт у нас пока не состоялся, я вижу в этом богемную нотку. Да, сложно повесить полку или картину, иногда осыпается штукатурка, но это не самое главное. Самое главное — атмосфера. А еще приятно, когда в гости приходят друзья и сразу бегут искать, что у нас нового.

Мне нравится комбинировать старую и новую эпоху. Ажурные «икеевские» занавески в нашей гостиной на глаз почти неотличимы от занавесок из бабушкиного сундука. Портрет Ленина в гостиной нам подарили друзья на новоселье. Идеологически я совсем не его сторонник, но в нашем доме он занимает свое место как признак времени. Есть в этом что-то дерзкое. Китчевое.

Посуда в серванте преимущественно из периода 50-70-х годов. Редкие фужеры на высокой ножке мы купили на блошином рынке в Дзержинском районе. Рядом бабушкина супница и набор чашек, точно такой же, каким помню его с детства. А еще в глубине шкафа спрятана пшеничная водка из семидесятых, но, правда, пить ее не рискнем.
Тяга к винтажу у меня была всегда: c братом-одногодкой с детства тащили все старье домой, а сейчас мой младший брат реставрирует ВАЗ-2103 «Жигули». Свой самый первый обмен я произвела в шесть лет, когда отдыхала у бабушки в деревне. К нам из города приехал мальчик с нереально классным старинным пузырьком от лекарств, а вот ящериц ловить он не умел. Так я обменяла трех собственноручно пойманных ящериц на этот пузырек, это была моя первая добыча.
Первое, что сразу бросается в глаза в нашей прихожей, — монументальный советский орден c надписью «‎РСФСР»‎. Мы нашли его на местной блошке, а когда-то он висел на здании областного Астраханского суда. Привторяется мраморным, но на самом деле это ткань, покрытая эпоксидной смолой.

Двухметровый наличник из Иваново приехал к нам пять лет назад практически в том же виде, каким вы сейчас его видите. Интересно, что для тех мест такой размер наличника совсем не характерен, ведь чем холоднее природа, тем меньше должны быть окна в доме, чтобы сохранять тепло. Продавец оказался перекупщиком, поэтому его историю мне выведать не удалось.

Мы ценим значение вещей в истории и всегда готовы вернуть любой свой экспонат истинным владельцам, если вдруг они нас об этом попросят. Без проблем.
Но есть и грустные моменты. Очевидный минус покупки жилья в старом фонде — недостаточное внимание со стороны ЖКХ. В новых домах, где управление происходит при помощи ТСЖ, живут полные сил и бодрости люди. У них все новое и им просто нужно это поддерживать. А здесь, в старом фонде, всегда нужно что-то глобально менять, делать это деликатно и желательно без утрат. Пока наши службы неохотно на это идут.

Зато нам повезло с соседями. Все вопросы решаются за один звонок, смс или стук в дверь. Вместе с нами в дом хлынул поток новых жильцов, которые осознанно шли в старые стены и хотели перемен. За два года мы успели сделать многое для благоустройства и сохранения исторического облика дома. Например, отстояли рисунки, которые волгоградские художники нарисовали в подъезде для нашего соседа, ветерана Великой Отечественной. Но, конечно, не все в доме такие.
Старые стены несут много нового людям, много перемен. Когда мы только создавали аккаунт, наша сталинка была пятой или шестой на пространстве всего Инстаграма, а сейчас их море почти в каждом большом городе.

Почти все создатели первых аккаунтов сталинок сменили профессии. Основоположник движения — Женя Заварзина. Ее сталинка в Измайлово из личного блога переросла в аккаунт дизайнера. Даша из сталинки на Можайке ушла с головой в реставрацию. Лена из сталинки на Черной в Петербурге занялась краеведением.

Я создала свой аккаунт, потому что хочу популяризировать образ жизни в старом фонде. Мне важно показывать, что в этих стенах интересно жить. Да, на покупку сталинки решатся не все. Это определенные сложности и глобальные вложения. Что душой кривить, капремонт в нынешних условиях будет стоить колоссальных денег. Но своим примером я хочу доказать, что все это возможно сделать аккуратно и постепенно. Старые стены уже много десятилетий тихо и смиренно ждут, когда за них возьмутся. Пора.
Читайте также